Какое государство мы строим?

Какое государство мы строим?

Этот вопрос все еще принципиален, несмотря на то что на политической карте мира независимый Кыргызстан находится уже чуть больше четверти века. В связи с этим видится вовсе уж нехорошая вещь: если этот вопрос до сих пор актуален, это означает, что… государства у нас все еще нет. Несмотря на наличие всех его внешних атрибутов: границ, герба, флага и гимна…

Не все полезно, что в рот полезло

Есть такой американский экономист Дуглас Норт. В своих трудах он подвел читателей к весьма интересной мысли, которая наголову разбивает все тезисы о том, что нам, в частности, все надо делать так, как в «цивилизованных странах». Мысль эта такова: чужой опыт в деле построения государства, безусловно, хорошо. Но не стоит его целиком переносить на свою почву: те институты, которые действуют в одной стране, могут совершенно не работать в другой.

А что мы вообще знаем о государстве? В трудах политологов встретилось такое определение:  «Государство – созданная народом комплексная структура, основным предназначением которой является сохранение и поддержание сложившегося способа общественных взаимоотношений и порядка, а также защита страны от внешних угроз».

И далее: «Действия государства фактически оцениваются народом по их результатам. Если результаты соответствуют «народной правде», то есть большинством народа оцениваются положительно, то «кредит доверия» продляется и увеличивается. Если же результаты не соответствуют ожиданиям, то кредит доверия уменьшается. И когда кредит доверия полностью исчерпывается, происходит смена государственной системы мягким (внутренний переворот «малой кровью») либо жестким (революция) путем».

Отсюда возникает другой вопрос: можно ли построить государство, которое бы соответствовало чаяниям народа? Не идеальное — таковых нет в принципе, но такое, чтобы в нем было комфортно жить, которое стоило бы защищать и даже погибнуть за него, если возникнет в этом такая необходимость.

Как ни странно, можно — если при его строительстве соблюсти четыре простых правила.

Во-первых, перед тем как начать «стройку», нужно досконально изучить конкретные исторические условия общества. То есть его религиозные, национальные и культурные особенности. К примеру, Кыргызстан — многонациональное общество с разными религиозными верованиями и культурными традициями. А значит, надо изучать особенности каждой национальности, которая здесь проживает, а потом находить некие общие черты, присущие всем народам: кыргызам, узбекам, русским, и развивать их сообразно с ситуацией. К примеру, такая общая черта всех наших народов, как готовность поступиться частным ради общего. Мы даже благотворительностью занимаемся не потому, что так принято, а потому, что знаем: спастись от беды можно только всем миром. Мы уважаем права человека, но в то же время знаем, что общество тоже имеет свои права. Поэтому в отличие от либерального Запада права человека у нас рассматриваются только в контексте прав общества.   

Во-вторых, нужно сделать все, чтобы экономические законы и правила не шли вразрез с ценностями традиционной культуры и морали, принятыми именно в этом обществе, а не каком-то другом. Если на Западе все подчинено прибыли, то у нас начальным и конечным звеном хозяйствования является человек.

В-третьих, каждую умозрительную теорию надо просматривать сквозь призму здравого смысла. Проще говоря, действовать надо в соответствии с двумя народными пословицами: «Не все полезно, что в рот полезло» и «Не тащи из воды все, что там плавает». То есть не надо слепо копировать все западные наработки и применять их на нашей стране и ее людях. Точно так же не надо позволять иностранным советникам у нас хозяйничать. Практика показала, что если после их советов кому-то и стало хорошо, то только странам, откуда эти советники к нам приезжали.

В-четвертых, в таком государстве идеологией должен быть патриотизм. Который, в свою очередь, стоит выше всего — политических предпочтений, религий и традиций. Наиболее близок к этому американский принцип: «Права она или нет — это моя страна».

Какое же государство строим мы? Признать тяжело, но Кыргызская Республика как государство при своем создании не соблюла ни одного из вышеперечисленных правил. А что в итоге?

Чтобы это понять, представим себе такую картину. Бригаде строителей поручили возвести дом, но забыли дать его план. В итоге каждый строитель возводил здание, ориентируясь исключительно на свои вкусы. Но поскольку кирпича было всего на один дом, в итоге у одного получился особняк, у второго — тюрьма, у третьего — сарай, а четвертому хватило материала только на туалет во дворе, и все это — недостроено. Так и стоят они на одном участке — недостроенные. Примерно так выглядит сейчас и наше государство.

Поневоле вспоминаешь рок-поэта Александра Башлачева:

Мы строили замок, а выстроили — сортир…

Хозяйство без хозяина

Ну а поскольку единства в вопросе государственного устройства нет, все нестыковки и происходят. Например, те, кто называют себя либералами, считают, что государство — это наемный менеджер. То есть что-то вроде ночного сторожа или официанта в ресторане. То есть никакой сакральности по этой логике здесь быть не должно.

Между тем здесь кроется искусно созданная логическая вилка. Если есть наемные менеджеры, значит, есть и владельцы. Во всяком случае, в бизнес-структурах — именно так. Так вот, хочется спросить: а кто у нас владелец государства Кыргызская Республика?

Безусловно, сейчас скажут, что согласно Конституции единственным источником государственной власти у нас является народ. Замечательно, но это порождает новые вопросы.

Первый: все ли представители народа (владельца государства, напомним) встречали 2017 год в Дубае? Понятно, что не все. А вот его наемные менеджеры — сотрудники Гостаможенной службы — встречали. Не все, конечно: кто-то говорит о двух сотнях, кто-то — о трех-четырех сотрудниках. Тем не менее факт отдыха в Дубае его подчиненных не отрицал сам глава ГТС Азамат Сулайманов. 

Вопрос номер два: все ли представители владельца государства (народа) ездят на дорогих автомобилях и живут в роскошных особняках и элитных квартирах, а также отправляют своих детей учиться за границу? И тут понятно, что не все.

Можно назвать еще массу примеров. Но если применить ту же самую либеральную логику, то получается, что Кыргызская Республика — это корпорация без хозяина, которой управляют наемные менеджеры. А как в отсутствие хозяина управляют наемные менеджеры, прекрасно зная, что он не придет, известно всем: выясняют между собой отношения и воруют. Есть среди них, правда, и честные менеджеры. Но и тут есть свои «подводные камни»: в бизнес-структуре интересы ее хозяина конкретны, а вот «интересы народа» — понятие слишком туманное. Кто-то хочет много денег, кто-то — новую машину, а кто-то — просто нормально питаться.

Так что если такое государство и наемный менеджер, то такой, который толком не понимает, какие задачи ему поставлены. Поэтому он и формулирует их сам — сообразно своим понятиям о том, что такое хорошо и что такое плохо…

Таким образом, обустройство государственных органов Кыргызстана должно носить производный характер от тех задач, которые стоят перед государством сегодня. Какие это задачи? Конечно, они сосредоточены прежде всего в экономике. Что же касается политики, то в мире наблюдается тенденция, когда лидерами стран все чаще становятся люди, которые заявляют о приоритете национальных интересов над глобальными. А это уже — повод задуматься: так ли уж хороша политика, которую Кыргызстан проводит все годы своей независимости? Насколько она современна?

Поэтому, чтобы народ стал реальным источником государственной власти, ему надо эту самую власть вернуть. Первым делом, перевернув «пирамиду» законодательной власти в то состояние, в котором она была при СССР. То есть когда она исходила снизу, а не спускалась сверху. Полного возврата в СССР здесь, конечно, не будет: зачем нужна система, способная породить нового Горбачева?

Как будет называться это государство по своей форме — неважно. Однако оно должно базироваться на двух составляющих: справедливости и безопасности. Потому что ничего другого народ от власти никогда не требует и требовать не будет.

Дмитрий Орлов,

генеральный директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад»,

специально для «Современника» 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить